Константин Дмитриевич Ушинский: какое наследие оставил великий русский педагог-просветитель?

Но в отличие от революционных деятелей начала XX века, выступавших за отделение церкви от школы и государства, он ставил христианское самосознание в основу своей педагогической системы:

«Современная педагогика выросла на христианской почве, и для нас нехристианская педагогика есть вещь немыслимая — безголовый урод и деятельность без цели».
«Христианская идея выведена из глубокого понимания души человеческой и ее законов».

Ушинский видел нравственность залогом воспитания всякой личности. Но при этом способность искренне выражать свои истинные чувства он ценил выше занимаемой человеком позиции. Поэтому после его высказывания в частной беседе об учителе Закона Божьего о. Гречулевиче, что он «всегда предпочтет преподавателя-атеиста, но человека честного и правдивого, ханже и фарисею», на него был написан донос в Совет Воспитательного общества. И в результате Ушинского сместили с поста инспектора.

После ухода из Смольного института императрица Мария Александровна отправляет Ушинского в поездку за границу с целью улучшить пошатнувшееся здоровье. Там он продолжает много работать.

Посетив за пять лет Швейцарию, Германию, Францию, Бельгию и Италию и собрав достаточно наблюдений о европейской системе образования, в 1861 году он издает книгу «Детский мир и хрестоматия», а в 1864 году пособие «Родное слово» (которое выдержало 146 изданий) и «Руководство к преподаванию по „Родному слову“ для учителей и родителей».

В основу своих учебников им был положен принцип природосообразности. По его мысли, чувство любви к окружающему миру и восхищение его удивительнейшим многообразием должны были открыть ребенку те законы, по которым он строится, и вызвать в нем желание изучить его устроение.

В дальнейшем он выступал как видный общественный деятель, посещал различные учебные заведения, продолжал писать статьи и заниматься просветительской работой.

Учитель Симферопольской казенной мужской гимназии И. П. Деркачёв так вспоминал о посещении им в 1879 году их учреждения:

«Дружественный тон, которым автор „Родного слова“ говорил с учителями, мягкость обращения и простота быстро привлекали к нему всех. Он смотрел на каждого учителя, как на равного себе товарища, и скромно, терпеливо, с непритворным уважением слушал всякое замечание и возражение… Проэкзаменовал всех учениц, поступивших в первый класс. Учительницу поразило, с каким искусством великий педагог опрашивал детей. Он ставил вопросы просто, ясно и в то же время так, что по ответам можно было легко понять, насколько подготовлена и развита та или иная ученица».

При этом Ушинский считал, что во всем множестве дисциплин и наук первейшей для каждого русского человека должна быть именно любовь к родине, и все основательные знания о России должны быть проникнуты любовью к ней.

«В Швейцарии, Германии, Англии и Америке в основу всего народного образования давно уже проникло убеждение, что знания разделяются на необходимые, полезные и приятные и что необходимые должны ложиться в душу дитяти прежде всех и в основу всем, и приобретение их должно быть поставлено в независимость от приобретения прочих, полезных и приятных. Такими необходимыми знаниями для каждого человека признаются: умение читать, писать и считать, знание оснований своей религии и знание своей родины. Это уже ясно выработавшаяся педагогическая аксиома; кажется, что и нам пора сознать ее и провести повсюду в народном образовании. Без этого нельзя сделать никакого серьезного шага вперед».

Несмотря на то что Ушинский ясно понимал, какую опасность таит в себе бедность и расслоение общества и что будет, если человек просто не будет замечать этого, свою задачу он видел в нравственном просвещении и построении обновленной системы образования на вековых основаниях лучших традиций и стремлений русского народа. Его горячие высказывания как бы закладывали новый камень в основание здания науки, дробя и обтачивая его и с одной, и с другой стороны.

«Педагогика не наука, а искусство — самое обширное, сложное, самое высокое и самое необходимое из всех искусств. Искусство воспитания опирается на науку. Как искусство сложное и обширное, оно опирается на множество обширных и сложных наук; как искусство оно кроме знаний требует способности и наклонности, и как искусство же оно стремится к идеалу, вечно достигаемому и никогда вполне недостижимому: к идеалу совершенного человека».

«Лучше не говорить ребенку той или другой высокой истины, которой не выносит окружающая его жизнь, чем приучать его видеть в этой истине фразу, годную только для урока».

Высказывания К. Ушинского во многом опередили свое время и предвосхитили победы над тьмой времен последующих:

«Какой странный хаос, какие враждующие противоречия, какие нелепицы, кажущиеся нам разумными сегодня и крайне глупыми завтра, появились бы в воспитании русского народа, если бы оно было послушным воском в наших руках! Всякая цельность в народе исчезла бы навсегда, и та его долговечность, в которой жизнь отдельного человека является минутой, а жизнь целого поколения — одним днем, имеющим свои мимолетные слабости, прихоти и увлечения, была бы навсегда разрушена. Мы безумно подкопали бы корень векового растения и рассыпались бы потом сами, как рассыпаются листья с иссохшего дерева.

Нет, позаботимся о том, чтобы дерево росло лучше, но не дерзнем коснуться его вековых корней!»

Передовая мысль имеет свойство проникать в будущее и листать страницы книги жизни, выхватывая из нее лучшие достижения человеческого духа на пути преодоления безличного хаоса, задолго до того, как это будущее наступило. Видеть со всей ясностью основные проблемы и болевые точки своего времени и, значит, опережать его, потому что среди всех трудностей современности на это способны немногие.